| [ | Tags | | | лють | ] |
| [ | Current Music |
| | Ноль - Улица Ленина | ] |
Чистил библиотеку в плеере и на одном дыхании переслушал те четыре песни Чистякова, что у меня есть. Переслушал и прозрел: да Василий Костицкий, глава украинской комиссии по цензуре, по дяде Федору плачет же кродольими слезами.
"Человек и Кошка" - чувак ждет не дождется заказа от барыги, который должен принести фен. С кошкой тоже вопросы: настоящая, фарфорвая или вообще "imaginary friend'. Господин Костицкий, ну а это ведь вообще уже ни в какие ворота не лезет: где ты, где ты, где ты, белая карета? в стенах туалета человек кричит. но не слышат стены - трубы словно вены. и бачок сливной как сердце бешенно стучит!
Идем дальше - "Иду, курю". Ну, тут все ясно вроде: приятная прогулка вдоль набережной Невы во время смачного такого прихода от гаша, качественного судя по всему.
"Песня о Настоящем Индейце", клип на которую был снят на даче той самой девушки, которую Федор позже пописал ножом под волшебными мухоморами и за что лишь чудом не загремел за решетку. Год правда просидел в гражданской психиатрической больнице, но это вообще ему на пользу вроде пошло, хотя музыка изменилась радикально: от разухабистых аккордеонных боевиков для приятного проведения вечера в шумной компании он перешел к классическому звучанию и авангардным экспериментам. Отдельного внимания заслуживают названия альбомов его сольного, послекризисного, творчества: "Акустические свойства зеленой комнаты", "Баян с гармошкой в зоопарке", ну и если без дурачества, то очень лаконично и доступно: "Концерт для баяна с ансамблем". Ну а в самой песне про Индейца припев детский такой, хоть на уроках музыки для первоклашек разучивай:
Эх, трава-травушка, травушка-муравушка, Эх, березки-елочки, шишечки-иголочки, Эх, цветочки-лютики да грибочки-ягодки, Эх, да птички-уточки, прибаутки-шуточки. "Улица Ленина", хоть и не содержит прямых намеков на образ жизни Федора, но одобрения Костицкого бы тоже никак не заработала. Нет, ну разве ж можно Родину любить так неправильно:
Как ненавижу, так люблю свою Родину, И удивляться здесь, право, товарищи, нечему. Такая она уж слепая, глухая уродина, Да и любить-то мне больше и нечего.
Вобщем, ребзя, как Василия увидите, то передайте, чтобы как c "Генры Миллэром" разрулит, то пусть непременно обратит внимание на дядю Федора. Сам себе поражаюсь - такую контру так долго держал у себя под боком. |